ДОМ И ВСЕ В НЕМ

Саида ШУКОВА с улыбкой говорит, что самые романтические события в ее жизни проходили в окружении книг. С будущим мужем познакомилась в читальном зале. Готовилась к проекту, несколько часов сидела в окружении книг и подшивки по теме, когда парень за соседним столом протянул ей стаканчик горячего кофе. Предложение руки и сердца сделал тоже в библиотеке. Стоит ли говорить, что домашняя библиотека подбиралась тщательно и с любовью.

- Взяла бы на необитаемый остров новый роман Дэниела МЕЙСОНА «Северный лес», который блестяще сочетает детализацию реализма с не подвластным времени очарованием мифа.

Все начинается с того, что пара молодых влюбленных в колониальной Новой Англии спасается от гневного суда в своей пуританской деревне, бежит в дебри западного Массачусетса. Влюбленным удается скрыться, но «Северный лес» не о них. Все повествование крутится вокруг хижины, а в последующем дома и земельного участка вокруг него. Остальная часть романа, который невозможно обобщить, знакомит нас с обитателями этого дома на протяжении последующих трех с лишним столетий. Один из них - Чарльз Осгуд, лоялист эпохи революции и самоучка, мемуары которого с подзаголовком «Воспоминания яблочника» описывают его пожизненную одержимость яблоками. Когда Чарльз умирает, дом переходит к его дочерям - незамужним Элис и Мэри, непростые отношения которых заканчиваются трагедией. После них дом переходит к пестрой череде владельцев и посетителей, среди которых художник-пейзажист; богатый фабрикант, стремящийся превратить поместье в роскошный домик для спортсменов; и его внук-шизофреник. Позже мы встречаем пожилого историка-любителя, который убеждается, что тела захоронены на территории поместья. Что касается дома, он процветает, затем приходит в упадок, его забрасывают, а потом возрождают. Несмотря на такой огромный промежуток времени, это не семейная сага.

«Северный лес» - это мешанина повествований, разрозненных по времени, перспективе и форме. Письма, стихи и тексты песен, дневниковые записи, медицинские заметки, списки недвижимости, старинные ботанические иллюстрации, страницы альманаха, современные фотографии природы, детективный рассказ о реальных преступлениях, обращение к историческому обществу: автор помещает все это в свой пухлый альбом для вырезок из романа. То, что «Северный лес» оказывается захватывающим, несмотря на разрозненную структуру, свидетельствует о писательских способностях Мейсона, его стильном и гибком повествовании.

Роман живет в своих обрывках, составленных для нас автором-коллекционером, хорошо разбирающимся в выращивании фруктов, народной медицине и популярных песнях на протяжении веков. Грандиозные планы, неистовая любовь, грубые предательства и шокирующие проступки разыгрываются в этом доме. На протяжении почти 400 страниц мы погружаемся в каждую из этих жизней, а затем двигаемся дальше; единственными постоянными участниками этой драмы неизбежных преобразований являются Природа и Время. Мейсон сохраняет сосредоточенность натуралиста на флоре и фауне, биологических процессах по мере того как времена года сменяются годами и столетиями. Библия, принадлежащая чернокожей семье в Канаде, письмо, написанное анонимным пленным индейцем, коробка домашних фильмов, старые кости, выплывающие на поверхность весенней грязи. Документы, артефакты и истории повторяются на протяжении веков, создавая драматическую иронию и вызывая призраков как в метафорическом, так и в буквальном смысле.

Все романы Мейсона, на мой взгляд, в чем-то загадочные, неоднозначные, располагающие к размышлениям. Ну и просто качественно написанные, с красивым слогом, заставляющим сразу погрузиться с головой в рассказываемую автором историю.